|
|
Женщины и собаки Позавчера, не желая продолжать разговор с Кларком, я вернулся в каюту, но какой-то толстый червяк, кажется скорпион, выполз из щели в полу, смотрел на меня битый час, шевеля усиками, а потом ни с того ни с сего свернулся в клубок и впрыснул себе свой яд — покончил с собой. Я слышал, это у них в порядке вещей, у перепончатокрылых. Но зачем он выполз ко мне? Не мог управиться в щели? Я притворился, что не вижу его. На берегу тоже встречаются иногда собаки или женщины, но все же там побольше деликатности, и никто не будет специально выползать к кому-то, чтобы показать себя. Витольд Гомбрович В старших классах школы было два учителя, резко отличающихся от остальных. Это были молодые люди, веселые и остроумные, которые с удовольствием выходили за рамки преподавания. Учительница химии вела предмет уверенно, но без репрессий — со своеобразной мягкой строгостью. Это была действительно красивая и обворожительная молодая женщина, сразу всех очаровавшая. И мальчиков, и девочек. Иногда в конце урока она даже пела нам под гитару. Учитель физики располагал к себе чувством юмора и казусной для нас лексикой вроде «то бишь», «не суть» и тому подобного. Он прекрасно разбирался в предмете и способен был доступно объяснить трудные моменты. Но кроме этого физик объяснял нам еще и нефизические вопросы, касающиеся жизни и учебы вообще. Это всегда было интересно. И уже после я понял, насколько четок был молодой преподаватель в формулировках и постановке проблем. Чуть позже два эти учителя поженились. Они никак не демонстрировали свою связь перед свадьбой, поэтому для всех нас это стало сюрпризом. Однако совсем скоро от былой веселости и остроумия не осталось и следа. Молодые учителя становились все более мрачными, а затем и озлобленными. Пропали песни под гитару, очарование и мягкая строгость. Изысканная лексика становилась все более черной, а юмор — висельным. Объединение столь прекрасных людей не пошло им на пользу. Совсем даже наоборот. Что мы с недоумением и наблюдали. Математическое «минус на минус дает плюс» здесь трансформировалось в парадоксальное «плюс на плюс дал минус». Жирный физико-химический минус. α. Близнецы Однажды, проходя мимо собачников с пекинесами, которых я терпеть не могу, ухватил фрагмент занятной беседы. Одна из собачниц, тыча в двух своих собачонок, утверждала, что они близнецы: такими, мол, родились. Меня это заинтриговало: собаки одной породы и так копии друг друга, а тут еще специально обговаривается, что они близнецы. Вторая собачница показала на третьего пекинеса и поинтересовалась: а этот? Этот оказался Водолеем. Водолей все вернул на место. Сумасшедшие старушки, совсем поехав на святой воде, распространили великое учение и на собачек. Но если все Близнецы друг на друга похожи, то насколько похожи те пекинесы на Селина? А может быть, учитывая, какое внимание французский писатель уделял упадку, а не расцвету, стоит отмерять знаки зодиака не по дате рождения, а по дате смерти? Или и то, и другое: Близнецы по рождению, Водолей по смерти. А у кого эти знаки совпадают, автоматически отправляется в рай. Отдельные райские сектора для всех двенадцати знаков. Будут ходить друг к другу в гости и рассказывать про своих пекинесов. 2. Девочки из телефоновБывают такие девочки, которые живут исключительно в своих телефонах. Эти девочки могут быть разного возраста, самого разного пола и социального статуса, они могут быть красивыми или так себе, глупыми или умными, среди них попадаются пятиклассницы, манекенщицы, менеджеры и даже отцы семейств. Главное, что объединяет всю эту пропасть девочек, это безудержная потребность в связи. Среда их обитания — мессенджеры, соцсети и прочая виртуальность. Поэтому девочки питаются лайками, комментариями, пустым трепом с преобладанием смайликов. Девочки из телефонов — это новая версия тамагочи. Слегка доработанная и выпущенная по другую сторону экрана. То есть новый тамагочи теперь как бы сам хозяин девайса, но его поведение полностью совпадает с поведением тамагочи внутри девайса. Это можно считать главным социальным достижением научно-технического прогресса. Искусственный интеллект родился не внутри программы — но программа перепрограммировала интеллект естественный, превратив его в искусственный. Когда девочки куда-то приходят — в клуб, кинотеатр, на лекцию или в музей — они продолжают существовать в своих телефонах, лишь изредка бросая рассеянные взгляды вокруг. Когда девочки встречаются друг с другом, они все равно исключительно в своих телефонах, могут обменяться за всю встречу парой ничего не значащих фраз и разбежаться. Девочка из телефона, новый тамагочи, это и есть постчеловек, от которого ждали сверхспособностей, но видите, как все вышло… Согласен, глупо получилось. β. Мальчик и Николай II В 2000 году Русская Православная Церковь причислила к лику святых Николая II, что вызвало массу дискуссий. Против канонизации приводились разнообразные доводы, сходящиеся в том, что последний российский император был далек от образца для подражания, поэтому позиции в пантеоне святых не заслужил. Чуть позже дотошные искатели истины обнаружили в дневниках Николая II записи об убийствах бродячих кошек. Кровожадный император ради развлечения истреблял их десятками и сотнями каждый день, принуждая слуг вести тщательный статистический учет этому развлекательному геноциду. Иерархи РПЦ парировали аргументы против канонизации: Николай II был причислен к лику мучеников, рассмотрению подлежала не его жизнь, и правда весьма далекая от христианских норм, а страдальческая смерть. В этой связи вспоминается памятник «Сочувствие». Монумент выполнен в форме почесывающей ухо дворняги. В 2007 году его установили в вестибюле станции московского метро Менделеевская, посвятив «гуманному отношению к бродячим животным». Когда-то на означенной станции жила собака по кличке Мальчик. Это был агрессивный кобель, не пускавший других собак, часто нападающий на людей. Однажды его зарезали в подземном переходе, а потом на месте трагедии установили памятник. Судьбы Николая II и бездомной дворняги Мальчика в современной оптике признания заслуг выглядят удивительно похожими. И тот и другой вели не самую безупречную жизнь, но мучительная смерть, настигшая обоих, поместила их в один пантеон. Собака и последний император смотрят на нас одинаково пустыми глазами, даже хобби у них было одним и тем же — истребляли бродячих кошек. Николай II и Мальчик, кровавые мученики безжалостных современников… Если бы не их гибель, мы бы никогда не узнали, что такое святость и сочувствие. 3. ОтчуждениеНесколько лет назад я встречался с одной дамой, фотографию которой использовал для обложки тогдашнего номера «Опустошителя». Он был посвящен отчуждению, что вполне соответствовало характеру этой фемины. Это было отчуждение не прямое, так как модель оказалась привлекательной и очень общительной, а ментальное: из-за особенностей характера и скромных умственных способностей дама оказалась на необитаемом острове, она не собиралась понимать других, а другим не оставляла возможности понять себя, так как в ней нечего было понимать. Фемина увлекалась психологией, читала тематические книжки и даже собиралась пройти какие-то курсы, но ничего из этого не вышло. Однако ей импонировало, что под ее портретом на обложке журнала я привел цитату Евгения Головина: «Там, где мы, там центр ада». Хлесткая, по-юношески звонкая пощечина хорошим манерам, которая, казалось бы, совершенно не вязалась с улыбчивым гедонизмом моей подруги. Но ей задиристый апломб понравился, о чем дама и поведала мне, как сумела. А сейчас мне пришло в голову, что этой несчастной дурынде понравилось совсем не то, что вкладывалось в сентенцию Головиным, а практически обратное. Учитывая искренний интерес фемины к психологии в самом вульгарном ее проявлении, а также распространенную для представителей ее типа склонность к депрессии и моральным страданиям, признания своего положения центром ада — это просто общее место. Нет, мол, ничего более горького и несправедливого, чем моя жизнь, мои невзгоды, несправедливость людей и провидения ко мне. Я и только я достойна поддержки и сочувствия, денег и славы, признания и обожествления. Но все, увы, складывается ровно наоборот. Казалось бы, именно такая интерпретация Евгения Головина и должна была первой прийти мне в голову. А вместо этого я только удивлялся, как столь поверхностная и пошлая особа могла проникнуться к приведенной цитате благоговением. γ. Проблемы гносеологии В Крыму живет взрослый пес алабай, воющий при колокольном звоне. Рядом как раз расположена церковь, поэтому пес воет каждый день. Как он приобрел эту привычку, неизвестно, потому что детство алабая прошло с другими хозяевами. Недавно пес стал отцом, двух щенков оставили. Маленькие алабаи немедленно приобщились к отцовскому ритуалу. Заслышав звон колоколов, они подбегают к взрослой собаке и воют вместе с ней. Так воспитание сохраняет во времени все самое ценное из сокровищ предшествующей культуры. Я не раз замечал, что знания, усвоенные без рациональных оснований, — самые твердые. Любые аргументы можно опровергнуть, а то, что укоренилось в сознании, минуя рассудочность, застревает навсегда. Именно с этими сорняками и работают экстрасенсы с психоаналитиками. Если бы их не было, мы бы до сих пор бегали друг за другом и выли на церковные колокольчики. 4. Ахилл, догоняющий черепахуУ моей матери семь братьев и сестер, поэтому с самого детства я был обеспечен кузинами и кузенами в избытке. Правда, родственники были разбросаны по всей стране, в Москве, кроме нас жила только тетя моей мамы, но мы довольно часто ездили в гости и встречались. Несмотря на такое разнообразие, Света — единственная двоюродная сестра, в которую я был влюблен. Она же стала единственной, кто перебрался в Москву, поступив в художественную академию. Бенефисом нашего единения стала поездка в родной город Светы Когалым в Тюменской области. Три с половиной дня на поезде в один конец. Немыслимое дело: родители отпустили меня, двенадцатилетнего, с восемнадцатилетней сестрой в столь отдаленное место. До сих пор недоумеваю, как патологически осторожный отец решился на такой отчаянный шаг. Когда я съехал от родителей, мы долго не общались с сестрой. Пауза длиной лет в семь. А потом она неожиданно пригласила меня на день рождения. Оказалось, что мы живем недалеко друг от друга, практически соседи. В гости к ней я почти не ходил, но раз в три года посещал дни рождения, которые Света любила проводить в парке у Покровского собора. Год назад я переехал в дом, из которого виден и собор, и то место, где мы отмечали дни рождения Светы. Она к тому моменту успела построить дом в Новой Риге и перебралась в него. Я словно Ахилл, преследующий черепаху — догоняя, всегда чуточку отстаю. Вчера побывал на очередном торжестве по случаю рождения Светы. 56 гостей самых разных цветов и размеров. Пообщаться удалось далеко не со всеми, я бы даже сказал, почти ни с кем. Но кое-что вынести из разговорного обжорства удалось, не считая эстетского удовольствия от приближения к великолепной сестре. δ. Оркестро Мало кто знает, что когда-то Нобелевская премия не ограничивалась пятью номинациями (по физике, химии, физиологии или медицине, литературе и премией мира), была еще и шестая номинация — премия за исключительную деликатность. В 1947 году эту премию в первый и последний раз присудили собаке по кличке Оркестро. Это был уже немолодой бездомный кобель, который никогда не имел хозяев и никогда не испражнялся прилюдно. Оркестро всегда делился пищей с другими собаками, а иногда и с людьми, оказавшимися в бедственном положении. Он не причинил вреда ни одному живому существу, даже когда сам становился жертвой агрессии. Андре Жид, лауреат Нобелевской премии по литературе того же, 1947-го, года сказал в своей нобелевской речи: «Если существует такой пес, как Оркестро, то вся моя жизнь и все мои труды были бессмысленны». Он хотел отдать свою награду Оркестро, но Нобелевский комитет не позволил так поступить французскому писателю. 5. Грабли под названием «Марина»Весной или летом 2018-го я познакомился со странной девушкой, интересовавшейся атеизмом. Она работала в какой-то глянцевой пустышке вроде GQ, великолепно выглядела и вдруг этот атеизм, причем самый архаичный с отсылками к трудам Фридриха Энгельса. После недолгой переписки, девушка предложила встретиться. Выбрали кафе, время. Я пришел немного раньше, на входе меня спросили, на какое имя забронирован столик. Мария, сказал я, но этого имени в списке не нашли. Пришлось назвать телефон подруги — выяснилось, что она представилась Мариной. Минут через пятнадцать подошла и подруга. Узнав о моей заминке, Марина призналась, что ей не нравится ее имя, поэтому она часто меняет его на Марию, но не всегда успевает сориентироваться. Мы поговорили об атеизме, методологических основах науки, Селине, Марусе Климовой... Удивителен интерес рафинированных гуманитариев из модных офисов к наукам вроде физики... Мы неплохо провели время, напоследок я подарил девушке сборник Бертрана Рассела «Почему я не христианин» и какую-то книгу Селина. После мы еще пару недель переписывались, девушка хотела снова встретиться, но никак не могла найти время. А мои предложения ей не подходили. Поняв, что она пребывает в вечной нерешительности, я оставил попытки и предложил ей написать, когда она все-таки определится. Но момента ясности в голове гламурной атеистки так и не дождался. А жаль: девушка была хороша собой и весьма приятна в общении. Забавно, что через несколько месяцев я сблизился с другой очаровательной девицей, которую тоже звали Мариной, она также стеснялась своего имени и называлась по-другому. Более того, была также в бесконечной растерянности, не в силах принять осмысленного самостоятельного решения. Общение со второй Мариной затянулось много дольше, чем с первой, но и оно оставило меня в изнурительном недоумении. Вот вам и божественная шутка: чудом избежав одних граблей, я немедленно угодил в ловушку других, хотя все грабли назывались одинаково, выглядели и функционировали полностью идентично. ε. Предательство Рекса Нам выделили комнату на втором этаже, которую немедленно облюбовал местный пес Рекс. Не спальню хозяев, не детские, не комнату прислуги, а именно нашу. Рекс уподобился помощнику из кафкианского «Замка»: готов был спать под дверью, как собака. Собственно, он и был собакой, которую моя спутница впустила в комнату. Пес выбрал сначала одно место, потом другое. Захрапел. А мы еще долго разговаривали в постели. Внезапно пес вскочил, издав испуганный вопль. Что-то нехорошее приснилось ему, и животное перебралось в другую часть спальни. Снова раздался собачий храп. Совсем ночью спутница захотела спуститься вниз. Кажется, ее беспокоил торт, недоеденный с вечера. Мы наспех оделись и стали осторожно пробираться по крутой винтовой лестнице. Опустим времяпрепровождение на хозяйской кухне (скажу лишь, что я все же поинтересовался у девушки, разрешили ли ей вот так запросто таскать еду из холодильника и лазить по шкафчикам). На обратном пути мы обнаружили Рекса на лестнице. Он сошел всего на несколько ступенек, но уже не мог вернуться обратно — нужно было добраться до самого низа. Мы юркнули мимо обескураженного животного и заперлись в спальне. А через пару мгновений услышали глухой грохот и отборный мат Рекса. — Все-таки мы его подставили, — сказал я, — а он так на нас рассчитывал. Девушка вытерла сладкие губы салфеткой. Она так хотела спать, что даже любовь к собакам отошла на второй план. Какой-то триеровский «Ноктюрн», подумал я. Ночь перед полетом… И Рекс, словно назойливая красная лампочка, мелькающая в каждом кадре. Рекс засыпающий... и Рекс, застревающий в ловушке винтового падения. 6. Сумасбродная жизнь ШапоклякВ квартире под моими родителями жила одна дамочка, для определенности назовем ее Шапокляк, которая разводила пекинесов. Когда я жил с родителями, она вечно торчала у подъезда со своими пекинесами, маленькими, злобными и шумными уродцами. Моя мать с Шапокляк дружила. У дамочки имелось три самки и несколько самцов. Самки рожали два раза в год, что для них часто, поэтому некоторые соседи ругали Шапокляк — из-за ее жадности бедные роженицы ослабевали и выглядели несчастными. За каждого щенка Шапокляк брала $400, поэтому простаивать самки не имели права. Однажды у одной из самок родился черный пекинес. По законам бизнеса он считался бракованным, поэтому покупатели не захотели платить полную цену, но предложили $300. Скупая Шапокляк уперлась и не скинула ни цента. В дальнейшем она за это поплатилась. Черный пекинес, оказавшийся самцом, успешно портил популяцию, и потомство постепенно чернело, пока обычные рыжие щенки не стали редкостью. Затем пекинесы вообще вышли из моды, и покупатели исчезли, отказались даже приезжать смотреть на уродливых собачонок, будь они черные или рыжие. По мере развала бизнеса Шапокляк стала выпивать и наружу вылезла темная черта ее характера. Оказывается, ей доставляло удовольствие вредить людям. Она всегда этим занималась, но обычно ловко скрывала следы. В нетрезвом виде скрывать следы удавалось гораздо хуже. На деятельность соседки обратили внимание, когда некто разбрызгал в подъезде перцовый газ. Тогда не удалось определить преступника, но кто-то заметил, что на протяжении нескольких часов Шапокляк таращилась на улицу из своего окна, с интересом наблюдая за пострадавшими. Соседи вызвали милицию и МЧС, что только оживило происходящее. После к перцовому газу Шапокляк не возвращалась, но стала разливать в лифте масло. Несколько человек поскользнулись — и многие попадали на пол. Из-за какого-то конфликта Шапокляк невзлюбила мужичонку, жившего под ней со своей мамой и собачкой, тоже маленькой, но не пекинесом. Зная, что мужичонка обычно не берет с собой ключи, а звонит в дверь (его мама почти всегда дома), она прилепила к звонку иголку, о которую тот поранил палец. К тому времени все уже знали про Шапокляк, и мужичишке не составило труда догадаться, кто это сделал. Но Шапокляк не оставила их в покое. Выждав момент, когда мать с сыном вместе покинули квартиру, она ринулась к их двери и вставила в звонок спичку, которая не позволяла кнопке вернуться в исходное положение. На протяжении несколько часов гудел звонок, изводя бедную собачку, остервенело вывшую все это время. Одну свою историю, в приступе хвастовства, Шапокляк поведала моей матери. У школы рядом с домом держали козу. Обычно она стояла привязанная к столбу и щипала траву. Шапокляк перерезала веревку, и коза устремилась на свободу, немедленно угодив под машину. Злобное нутро, побудившее Шапокляк к действию, в этом случае оказалось неотличимым от скудоумия радикальных вегетарианцев, выпускающих животных из зоопарков. У Шапокляк имелся муж, здоровый толстый таксист. Как-то он вернулся домой пьяный с пневматическим ружьем. Весь вечер они провели у окна, стреляя по выгуливаемым собакам. В запале даже повредили раму своего окна. На следующий день таксист протрезвел, ему было неловко перед соседями и их питомцами. А его супруга чувствовала себя превосходно. Затем Шапокляк судили. Но не за стрельбу. Возвращающийся с работы сосед увидел, как она бросила из окна большую тарелку на крышу иномарки, которую недавно купил приятель соседа. Поднявшись к себе, он вызвал полицию. В течение четырех месяцев суд разбирался в случившемся (Шапокляк во всем созналась, как только приехали сотрудники) и приговорил Шапокляк к возмещению ущерба. Некоторое время после суда дамочка провела тихо, но затем окончательно распоясалась и стала нападать на мужа, огромного таксиста. Тот вынужден был сдать супругу в психиатрическую лечебницу, в которой Шапокляк лечили, привязывая к кровати. После лечения ее выпустили обратно. У Шапокляк нет больше пекинесов. Все свое время она проводит дома в компании с алкоголем. Лишь изредка выходя к подъезду поболтать с соседями. Приятельниц у нее немного, но здесь уже ничего не поделать. Шапокляк рассказывает, как скучает по щенкам за $400. Хорошие были щенки. ζ. Литературная аллюзия Два прохожих с собаками приближаются друг к другу. Собаки истошно лают, пытаясь сорваться с поводка. Прохожие сконфуженно улыбаются, с усилием оттягивают собак. Наконец, пары расходятся, люди могут перевести дух. И собаки тоже: каждая вышагивает рядом с хозяином, гордая, что сумела защитить его и себя, не сплоховала. Такими собаками мне и представляются литераторы и другие люди искусства. Если, конечно, они не совсем бездуховные скоты, думающие лишь о собственном признании. Нет, литераторы — все те же бедные псины, по недомыслию считающие, что делают что-то полезное для кого-то. 7. Новые Ромео и ДжюльеттаСегодня мы поговорим о том, как наши интенции не совпадают с действиями, ими обусловленными. Проделаем это на примере одной моей приятельницы Ксюши. Представьте потасканную бездельем и алкогольной зависимостью домохозяйку 40+, ленивую настолько, чтобы не затевать никаких перемен и довольствоваться уже имеющимся. Скука, нескончаемая депрессия и череда панических атак. Так вот, в черепной коробке дамы сохраняется еще какое-то количество мозга, который способен артикулировать. На гедонистическом уровне Ксюша так обозначает свои жизненные ориентиры: секс, алкоголь, юмор. Ксюша пристегнута к мужу, никак не отвечающему заявленным ориентирам. Они не занимаются сексом, он терпеть не может спиртное (особенно в сочетании со спутницей-алкоголичкой) и вряд ли преуспел в так называемом юморе. Пару лет Ксюша была прилеплена к любовнику Смолину А. И тот, что совсем уж смешно, так же, как ее муж, далек от алкоголя и юмора. А сексом, мне кажется, Смолин занимается прямо в брюках. Помните клиента борделя из “Дневной красавицы” Бунюэля? Который с жужжащей мушкой в бутылочке? От него разбегались все проститутки. Это и есть Смолин. Бедняга Ксюша изнывает из-за отсутствия плотской близости — ее нет ни с супругом, ни с любовником. Ксюша пытается преодолеть дефицит, вешаясь каждому встречному на шею, уединяется в туалетах, шмыгает за углы. Алкоголь лишь усугубляет ее влажность, делая совсем неприличной. Но никаких результатов настойчивость Ксюши не дает. Она все также одинока и неудовлетворена. Блестяще выразив свои желания, Ксюша нисколько не приблизилась к их достижению. Вы скажете, что она — всего лишь баба, чего с нее взять. Но нет, кроме Ксюши есть и ее любовник Смолин, который отчаянно жаждал жениться на Ксюше, обзавестись семьей и детьми. Избрать для этих целей спившуюся фрустрирующую домохозяйку за сорок... представляется мне смелостью, граничащей с безрассудством. И ведь Смолин — не баба, как Ксюша, а биологический самец со всеми вытекающими последствиями. Однако его намерения точно так же расходятся с действиями. Оплодотворение, не спуская брюк, самка на грани лечебницы, тотальная несочетаемость, в том числе в отношении потомства. Бог мой! Феминистки хоть в чем-то победили: оказывается, идиотизм не зависит от гендера. Как приятно опроститься симультанно с женщиной. Ксюша и Смолин — новые Ромео и Джюльетта. η. Пара слов о счастье У владельцев породистых собак, живущих в частных домах, есть примечательная практика. Когда в районе травят крыс, они пускают на свой участок бездомных псов. Но не для того, чтобы уберечь их от травли, а совсем наоборот. Счастливые своим новым статусом, дворняги бегают по участку и с гораздо большей вероятностью сожрут случайно залетевшую отраву, нежели привыкшая к сытой жизни хозяйская собака. Так смерть одних продлевает жизнь других. Этот промежуток от осознания своего взлета до стремительного падения и называется счастьем. 8. С психоаналитиком не страшноВ сети живет одна дама, возможно, вы ее знаете, а может быть, и нет, которая решила высказаться на популярную тему всеобщей слежки. Джордж Оруэлл приучил обывателя к страху, что он кому-то нужен, кроме горстки близких людей. Дама поведала публике, что держит телефон всегда в таком положении, чтобы он никогда не снимал ее саму. А глазок камеры на ноутбуке и вовсе заклеивает пластырем, отклеивая исключительно для бесед со своим психоаналитиком (sic!). Кажется, здесь все так гармонично сплелось, что лучше и не сформулируешь. Экзистенциальная неудовлетворенность, социальная паранойя, техническая безграмотность и вдобавок психоанализ. Бояться подсматривающих глазков и вести психоаналитические беседы по скайпу — все равно как поместить себя в стальной кокон чопорности и ходить справлять нужду за кусты у оживленной улицы. А ведь и правда… Когда-то, в позапрошлой жизни, я решил прогуляться с подругой в районе университета, законченный парой лет ранее. Было часов пять вечера, но в это время года уже смеркалось. Девушке срочно понадобилось справить нужду. Она не смогла бы дотянуть ни до одного институционального туалета. Тогда я отвел ее за какую-то одноэтажную техническую постройку, где подруга и присела, укрытая от посторонних глаз. Однако это была лишь видимость. С другой стороны постройки, где девушка и решила справить нужду, открывался вид куда более грандиозный. Буквально в паре десятков метров расположилась остановка троллейбуса с кучей студентов. И вот, совершенно выбросив из головы контекст, я заметил среди студентов приятеля, с которым давно не виделся. И немедленно его окликнул. Разумеется, обернулся не он один, а вся остановка, застав девушку в столь пикантном положении. Примерно так мне представляется изначальная дама (с психоаналитиком), оберегающая свою конфиденциальность. И отклеивающая пластырь на глазке камеры, только чтобы провести очередной сеанс психоанализа. θ. Голод Детство не бывает счастливым или несчастным, оно всегда двойственно. Фортуна кровавыми пятнышками проступает поверх покрывала злоключений. И наоборот. Уже позже, когда человек деревенеет, утрачивает легкость восприятия, перипетии жизни слипаются в единый ком неопределенного цвета, а в детстве человек еще различает нюансы. Я вспоминаю, как мы проводили с младшим братом лето на даче. Которую мы ненавидели, во многом благодаря бестолковости родителей, сделавших пребывание на даче обязательным. Они оставляли нас на неделю, а сами уезжали. Казалось бы, куда уж лучше, но свобода перемешивалась с тюрьмой. Нас обрекали на свободу, подобно сартровским гиньолям. С нами жила небольшая собачка. Из каких-то абсурдных соображений денег на еду нам оставляли совсем немного. Их с трудом хватало нам с братом, а вот собаке… собачке приходилось туго. Когда брат шел в гости к друзьям, она непременно бежала за ним. Первое, что делала псина, оказавшись на чужом участке — отыскивала мусорку, переворачивала ее и смотрела, что из этого можно съесть. Так она вела себя всегда, пока мама одного из наших приятелей не догадалась о причинах и не начала подкармливать собачку. Выглядело все это жутко и комично. Что тогда, что сейчас. Не удивлюсь, если откуда-нибудь вылезет ворчливая деревяшка, которая поведает о бесчеловечном обращении с животными. Гори в аду, скрипучая деревяшка. А мы будем тыкать в тебя прутиками детской непосредственности. 9. БиологияУроки биологии в девятом классе вела миниатюрная учительница лет сорока. Она относилась к тому типу женщин, которые всю жизнь напоминают нескладных мальчиков-подростков, и даже прическу носила соответствующую. Рассказывала она увлекательно и учительницей была хорошей. Когда мы добрались до половых функций человека, она сразу предупредила, что, в отличие от некоторых других преподавателей, не испытывает никакого стыда и будет рассказывать все как есть — без купюр и умолчаний. А если кому-то такой подход кажется излишне откровенным, он может пропустить эти уроки и изучить тему самостоятельно по учебнику. Никто, что удивительно, советом не воспользовался. Ханжество моих родителей не позволяло даже рассказать им об этой забавной ситуации. Отца обязательно что-нибудь бы да оскорбило или вывело из себя. Очарованию предмету биологии добавляло и то, что учительница не переставая что-то ела. Я уже не помню, как она объяснила свою особенность, в памяти остался лишь ее образ, фланирующий между рядами парт с бутербродами в желтоватых салфетках. И учительская речь, почти всегда с набитым ртом. К биологии я не испытывал никакого интереса и мало что сохранил со школьных времен. Запомнил разве что замысловатый фокус, который, по мнению преподавательницы, уберегал от любых простудных заболеваний. Нужно было набрать в рот воды, а потом каким-то образом выпустить ее через ноздри. Самые пакостные простудные микробы, засевшие в этом перешейке, вымывались, исключая заболевание. А половая функция в анатомической оптике так и осталась для меня загадкой. Слепым пятном, намертво спутавшимся с жующей учительницей-подростком. ι. Мотя, Матильда В детстве я мечтал о собаке, но родители отказывались ее заводить немедленно, откладывая на будущее, которое постоянно отодвигалось. Наконец, когда я потерял к собакам всякий интерес, мама подобрала отвратительную маленькую собачонку — помесь неприятной полудекоративной породы с дворнягой. С этим недоразумением я даже гулять стеснялся, но мне почти и не доводилось этим заниматься. Гуляли все, кроме меня. Как-то я наткнулся на отца, прохаживающегося у дома с нашей собакой. Отец тогда носил импозантное кремовое пальто, великолепно сочетающееся с безразмерными голубыми джинсами, изорванными в клочья в районе ботинок. Отец был коротконог и постоянно подворачивал джинсы, но это никогда их не спасало. Собачонка, конечно, неплохо дополнила его образ. Звали ее соответственно — Мотя, Матильда. Так вот, когда Мотю только подобрали на улице и привели в дом, отец встал у входа в гостиную, движением пятки обозначил линию порога и сказал собаке: дальше этой линии ей заходить нельзя. Удивительно, но в присутствии людей Мотя действительно не заходила в комнату. Разумеется, на диване находили ее белую шерсть, то есть, оставаясь в одиночестве, она любила на нем лежать, но не в присутствии хозяев. Хвастаясь необычайными умственными способностями Моти, мама всегда рассказывала эту историю с обозначением границы. Животное уяснило все с полуслова — не каждому взрослому человеку такое под силу. Гости с уважением глядели на собачонку, которая лежала на пороге гостиной и ждала объедков. Недавно мне пришло в голову, что мамины рассказы скорее всего уязвляли отца. Ведь ситуацию можно рассмотреть с двух ракурсов. Собачница-мать видела исключительно сообразительность собаки, в то время как гуманист отметил бы в первую очередь дар внушения отца, который так запросто привил собаке хорошие манеры. Однако отец остался в тени заслуг Моти. Полагаю, это угнетало его всю жизнь. Особенно то обстоятельство, что о своих чувствах нельзя было никому рассказать. 10. Тоже писательницаАнжелика, как и я, считала себя писателем. У нее даже была тоненькая брошюрка, смотревшая на вас ее портретом, стилизованным под страницу Instagram. Дама она была привлекательная и, как водится, капризная. В повести из этой брошюрки Анжелика описала забавный эпизод, как она отдыхала на даче, общалась с соседями, регулярно приходя к ним в гости, а заодно писала эту повесть. И вот, одним вечером, соседи собрались, чтобы послушать, что получилось у писательницы. Какого же было их удивление, когда они узнали, что Анжелика пишет не о том, о чем он читали в школе, а про них. Буквально использовала живых людей в своих малопонятных целях. Кто-то из слушателей незаметно удалился, кто-то молчал, но нашлись и те, кто выразил свое возмущение публично. Автор, как могла, отбивалась от соседского негодования, пыталась объяснить, как работает писатель, точнее, она сама. И, мол, она никого не хотела обидеть, ни в коем случае. Ей не поверили. Я улыбался, читая об этом. Но вскоре настал и мой черед оправданий. Прочитав мой роман «Спутники», Анжелика осталась крайне недовольна тем, как мой герой обращается с дамами, какого он о них мнения. Но ведь это литература, парировал я, здесь многое, если не все, придумано. Нет, отрезала писательница, если так с дамами поступает мой герой, значит, так с ними поступаю и я, его автор. Дыма без огня не бывает. Я напомнил дачнице о ее затруднениях с соседями примерно того же рода. Не того же, уверенно заявила она, это совсем, СОВСЕМ другое. Совсем скоро, буквально на следующий день, мы поссорились, и на этом наше общение прекратилось. Писатель не вынес писателя. κ. Metalhead Видел вчера на задворках города поверженную коляску из супермаркета. Она лежала на боку вдали от всяких магазинов… опрокинутая, но не побежденная. Люди и руины прямо. Вспомнилась собака из «Black Mirror». Практически неубиваемое существо, преследующее и карающее девиантов частной собственности. Metalhead будущего без всяких атавизмов вроде морали или эмпатии. Коляска из супермаркета тоже почти вся металлическая. Это сейчас она почти ничего не понимает, но вы и оглянуться не успеете, как она превратится в собаку «Черного зеркала», способную взламывать любые замки, управлять автомобилем, настигать и карать. Наше эсхатологическое будущее — это технология ненависти, а не любви. Любовь устаревает на глазах, она умрет вместе с последним лузером. Будущее принадлежит metalhead и безграничной ненависти. На его знамя мы водрузим машину для убийства в виде продуктовой коляски, давящей детей, стариков, инвалидов, беременных теток, девиантов и прочий балласт цивилизации. Будущее увлекательно, небезопасно и неорганично. В нем циркулирует информация, а не живые люди. Март, 2026 |
